Tag Archive | "Тим Бертон"

«Мрачные тени»: Аттракцион имени Деппа-Бертона


Красочный ремейк одноименного телесериала 60-х годов, превращенного в кислотно-корректную версию «семейки Адамс». Режиссер Тим Бертон, в главных ролях – Джонни Депп, Ева Грин, Мишель Пфайффер и Хелена Бонэм-Картер.

В 1750 году аристократическое семейство Коллинз прибывает в штат Мэн. Они богаты, успешны в рыболовецком бизнесе и готовы пойти на все ради славы семьи. Младший Коллинз по имени Барнабас (Джонни Депп) становится воплощением их чести: он хорош собой, умен, начитан, тверд характером и высокомерен, как положено истинному вельможе, и, конечно, неисправимый бабник. С самого детства в него влюблена служанка Анжелика Бушар (Ева Грин), вот только ее всепоглощающая страсть не находит отклика в сердце Барнабаса. Он легко принимает ее внимание, но свое сердце отдавать в ответ не спешит. Сначала Анжелика винит в проблеме родителей красавца. Будучи потомственной ведьмой, она избавляется от них быстро и почти безболезненно. Но Барнабас не только начинает подозревать ее в колдовстве, он еще и влюбляется в красавицу Жозетту Дю Пре (Белла Хиткот). Анжелика решает убить Жозетт и зачаровывает ее. Девушка направляется к Вдовьему Мысу, чтобы прыгнуть в пучину морскую. Барнабас прыгает за ней, потому как, что это за жизнь-то без любимой. Но странное дело – он не разбивается. Очнувшись, Барнабас понимает, что превратился в вампира. В гневе и горе он заточает себя в только что построенном родовом поместье, но Анжелика не дает ему покоя. Она поднимает бунт черни. Та погребает вампира в гробу, скованном цепями. Конец пролога.

Начало истории: Барнабас выбирается из гроба, когда в 1972 году его гроб подцепляет экскаватор. Дом его в состоянии упадка: в буквальном смысле дом и в переносном – все семейство Коллинз, некогда основавшее порт, во главе с Элизабет Коллинз Стоддард (Мишель Пфайффер) хиреет на глазах. Ведьма жива, процветает и до сих пор любит его до потери пульса и трещин в потолке. А еще в семействе обосновалась выпивоха-мозгоправ Джулия Хоффман (Хелена Бонэм-Картер), и только что пожаловала слегка не от мира сего нежная няня – Жозетта во плоти.

«Мрачные тени» Тима Бертона, вопреки названию, язык не поднимается назвать «мрачными». Это аттракцион макияжа и костюмов, ставший уже нормой бертоновских постановок, как стало правилом участие в его фильмах Хелены Бонем-Картер и Джонни Деппа. Все вместе они наводят на мысли о домашнем спектакле семейки маргиналов, а не об игровом кино. Если бы не Ева Грин (неожиданно восхитительная) и Мишель Пфайффер (которую сложно узнать, настолько она окаменела лицом), сложилось бы впечатление, что вы попали в очередную серию кошмара/комедии/сна (выбирайте по вкусу), прошлым эпизодом которого была «Алиса в стране чудес», а до нее то ли «Суинни Тодд», то ли «Чарли и шоколадная фабрика», то ли «Сонная лощина». Бледные лица, кровавые губы, провалившиеся щеки, выпученные глаза и нездоровые речи. И с каждым разом этот сон все больше хочется назвать бредом. Гениальность бертоновской фантасмагории, к сожалению, убывает. Где-то он прогибается под коммерческое кино, где-то под собственное упоение визуальными эффектами в сочетании с особой актерской гутаперчивостью Деппа. Но бенефис Деппа, к сожалению, тоже страдает от шаблонности: Барнабас – образ, сшитый, как лоскутное одеяло, из заплаток прошлых его работ, включая Джека-Воробья и непостижимом образом ввернутого Рауля Дюка из «Страха и ненависти в Лас-Вегасе».

«Мрачные тени» похожи на пульсирующее сердце ведьмы Грин, которое она в развязке предъявляет вампиру. Они временами вызывают ощущение «драйва» от кино, восхищения от сценарных поворотов, реплик или от игры, но эти импульсы кайфа обламывают затяжные или банальные эпизоды затишья. Вроде бы живое, но не совсем, повествование. Вроде бы стилизация под комедийный хоррор, но не до конца. Вроде бы смелый рывок фантазии, но в слегка ослабленной смирительной рубашке. Уже не сказка, но еще не пародия. 100% Бертон, узнаваемый и смакуемый при первом же взгляде на афиши. Обязательный к просмотру среди кино- и бертономанов, но противопоказанный серьезным фанатам «Алисы в стране чудес».

Трейлер фильма «Мрачные тени»

Posted in ASAP, МыслиComments (0)

«Алиса в Стране чудес»: Кино в деталях


Иногда процесс съемок не менее интересен, чем их результат. Особенно, когда фильм грозит стать культовым. 10 историй со съемочной площадки «Алисы» Тима Бертона.

Сначала определимся с местом действия фильма. По сценарию «Алисы» мир, в который попадает главная героиня называется Подземелье. По сюжету Алиса в детстве побывала в волшебной стране, но неправильно расслышала ее название: вместо Underland – Wonderland (вместо Подземелье – Страна чудес). А так как страна действительно с каждой минутой пребывания в ней казалась ребенку все чудесатее и чудесатее, все ей представлялось логичным. Итак, как же рождался новый мир на съемочной площадке Тима Бертона?

«Подземелье»: от Кэрролла до Второй мировой

Придумывая ландшафты и виды Подземелья, художники и режиссер сначала обратились к первоисточнику истории – к книгам Кэрролла, точнее к их иллюстрациям.

«Мы собрали работы очень разных художников, вдохновлявшихся “Алисой”, и развесили их на стенах, чтобы проникнуться атмосферой, – вспоминает художник-постановщик Роб Стромберг. – Потом начались разговоры о том, как нам не отойти от книги, но при этом создать нечто такое, чего раньше не видели».

«Иллюстрации к самому первому изданию книги стали для нас вполне надёжным ориентиром, – добавляет художник Тодд Чернявский. – Они послужили основой для флэшбеков в фильме, хотя, когда действие возвращается в Подземелье, мир вокруг построен уже по законам Бёртона. На первых этапах работы Подземелье было очень красочным местом. Но, чем больше мы работали с этими набросками, тем чаще Бёртон говорил: “Всё это очень неплохо выглядит, но пригодится, скорее всего, только для финала”. Так что пришлось нам настроиться на другую эстетическую волну, погрузиться в мир Тима, и в итоге у нас получилась сказка о гнёте и подавлении».

Настроиться на гнетущую волну помогла фотография времён Второй мировой, на которой изображена британская семья, пьющая чай во дворе своего поместья.

«На заднем плане видны очертания Лондона, довольно потрёпанного, – говорит Чернявский. – Эта фотография стала отправной точкой для создания нового Подземелья – мрачного, гнетущего места с безрадостной цветовой палитрой. Однако по ходу сюжета многое изменяется к лучшему, так что у нас нашлось место и ярким краскам, и солнечному свету».

Британским духом пахнет

Надо сказать, что не только фотография, вдохновившая художников на образ Подземелья, время и место действия фильма и происхождение первоисточника связывают «Алису» Бертона с Туманным Альбионом. Для Тима Бертона было очень важно наполнить картину «британским духом». Многие актеры, занятые в постановке, родом из Англии и говорят с британским акцентом. Среди них – Алан Рикман (Гусеница), Стивен Фрай (Чеширский Кот), Майкл Шин (Белый Кролик), Тимоти Сполл (Баярд), Барбара Уиндзор (Соня), Кристофер Ли (Бармаглот), Майкл Гаф (Додо) и Пол Уайтхаус (Мартовский Заяц). К сожалению, этой особенностью картины, как интонациями Безумного Шляпника (Джонни Депп) и Красной королевы (Хелены Бонэм-Картер), российским зрителям насладится не удастся, так как в прокат в нашей стране выйдет дублированная версия кинокартины.

«Здесь много людей, которыми я давно восхищаюсь. – рассказывает режиссер. – Мне хотелось, чтобы голоса рисованных персонажей не были чересчур мультяшными, чтобы они были в одном мире с живыми персонажами. Мне повезло собрать по-настоящему великолепных актёров, которые могли бы блистательно сыграть эти роли вживую: благодаря их голосам, анимированные персонажи поднялись на один уровень с живыми героями».

Что общее у куска изоленты и зеленых человечков?

Натурные эпизоды в реальном мире, открывающие и завершающие путешествие Алисы, снимались в Корнуэлле в Англии, а все сцены с актерами в Подземелье – на фоне зелёного экрана Culver City Studios в Лос-Анджелесе, затем отснятый материал совмещали с полностью придуманным миром, созданном на компьютере. И не только декорации были нарисованы, но и персонажи Подземелья. Поэтому работая в студии на фоне зеленного экрана, актерам приходилось тренировать воображение, ведя диалог с неодушевлёнными предметами – теннисным мячиком или куском изоленты, и изредка с зелеными человечками – дублерами мультипликационных персонажей.

«Я уже привык разговаривать с изолентой, – говорит Депп. – Прилепляешь кусок на стену – и понеслось. И ничего такого тут нет. В общем, вся работа над фильмом была чем-то на это похожа. Мы снимались в огромной зелёной комнате с минимумом реквизита. Поскольку Алиса у нас постоянно меняется в размерах, иногда она стояла на помосте, а иногда приходилось смотреть на изоленту, приклеенную в 15 см от пола. Но меня это ничуть не напрягает. Мне нравятся сложности».

Изменения роста и пропорций Алисы стали головной болью для производственной команды, в особенности для Кена Ролстона, ответственного за визуальные спецэффекты.

«Алиса редко бывает нормального роста, – говорит он. – То 15 сантиметров, то 60 сантиметров, то 2,5 метра. И все остальные персонажи должны с ней взаимодействовать с соблюдением всех пропорций. Традиционно большинство фильмов со спецэффектами снимаются так: снимается Шляпник, потом убирается из кадра, и снимается Алиса. Иногда и нам приходилось так поступать. Но там, где между персонажами происходит плотное действие или особенно эмоциональный диалог, я всегда стараюсь сделать всё в одном кадре».

«Каждый раз, когда приходится вводить для персонажей свою шкалу пропорций, это невероятно всё осложняет, – говорит художник-постановщик Роб Стромберг. – Такой простой жест, как кормление с ложки, становится безумно сложным делом, если один из персонажей – 5-метрового роста. Тут надо многое продумать заранее, как следует повозиться на площадке и окончательно сломать голову на стадии спецэффектов. Но в чистом остатке выходит такое, что увидишь не каждый день».

Как только все эпизоды с зелёным экраном были отсняты, Бертон и монтажер Крис Лебензон собрали черновую версию фильма и передали ее Ролстону и его команде из студии Sony Imageworks, чтобы создали компьютерный мир Подземелья – 2500 кадров с визуальными эффектами.

«Когда меня спрашивают, как мы сняли это кино, – говорит оператор-постановщик Дариуш Вольски, – я в ответ спрашиваю: “Какой именно кадр?”»

Голова Красной королевы

Чуть ли не самым сложным испытанием для Ролстона стала и голова Красной Королевы (Хелена Бонэм Картер), которую надо было увеличить вдвое так, чтобы туловище и прочие части тела остались без изменений.

Red Queen, Sketch by Tim BurtonHelena Bonham Carter as Red Queen from "Alice in Wonderland" by Tim Burton

На съёмках всех сцен и эпизодов, где в кадре появлялись элементы, которые надо было увеличить, использовалась уникальная система камер, которая обеспечивала большое разрешение, ведь чтобы вдвое увеличить голову Красной Королевы, компьютерщикам нужно было вдвое больше пикселей. И делать это надо было очень осторожно, чтобы модифицированные кадры не выбивались из фильма. Безумно сложно оказалось присоединить шею Королевы к воротнику её платья. Немалые предосторожности соблюдались даже на съёмочной площадке.

«Если она поднесёт руку к лицу, а потом мы увеличим голову – вместе с головой увеличится и рука. В каждом кадре я следил, чтобы таких ошибок не было», – рассказывает Ролстон, которому пришлось дежурить на съёмках каждый день.

Глаза Безумного Шляпника

Работая над образом Безумного Шляпника, люди Ролстона увеличили глаза Джонни Деппа.

«Главное – не перестараться, чтобы не получилось слишком мультяшно, – говорит Пейцман. – С другой стороны, сделаешь слишком мало – всё равно, что ничего не сделал».

Голова Валета червей

Стейн, Валет Червей – это голова Криспина Гловера на 2,5-метровом туловище, нарисованном на компьютере.

Knave Head, Sketch by Tim Burton Crispin Glover as Knave from Alice in Wonderland by Tim Burton

Чтобы быть на одном уровне со своим персонажем, Гловер передвигался по площадке на ходулях: это помогало его партнёрам выбрать правильную траекторию взгляда, а Тиму Бёртону – совмещать в одном кадре персонажей разных размеров.

Труляля и Траляля

Актёр Мэтт Лукас, играющий Труляля и Траляля, ходил в грушевидном зелёном костюме, из которого торчало только его лицо.

«Этот толстый костюм не давал ему вытянуть руки по бокам, – вспоминает Пейцман. – Зато у него появилась неповторимая и очень смешная походка».

Trulala and Tralala, Sketch by Tim Burton

Как и в случае с Валетом Червей, голова Лукаса была позднее прикреплена к нарисованным на компьютере телам близнецов, движения которых повторяли движения актёра. В сценах, где в кадре появляются оба близнеца, Лукас сначала отыгрывал сцену за одного из них, потом – за другого. В таких случаях ему помогал актер Итэн Коэн, изображавший второго брата.

Анимированный костюм Шляпника

Роль Шляпника дала Джонни Деппу создать ещё один уникальный образ, а мультипликаторам применить свое мастерство.

«Это была действительно непростая задача: найти что-то новое, воссоздать Шляпника средствами кино, – говорит Джонни Депп. – Мы с Тимом практически сразу договорились, что он будет таким чистым и непосредственным, что все его чувства и эмоции будут мгновенно отражаться в одежде, цвете кожи, причёске – в общем, всё будет видно невооружённым глазом. Когда он улыбается, он весь лучится и расцветает, всё на нём приходит в движение. Он похож на кольцо – индикатор настроения. Он – душа нараспашку».

Команда Ролстона немало повеселилась, работая над резкими переменами настроения Шляпника, которые буквально отражались на его лице и костюме.

«Иногда эти перемены сделаны довольно тонко, – говорит Пейцман. – Если он грустит, его одежда становится тёмного или серого цвета. А если вдруг развеселится, весь костюм начинает вибрировать. Или галстук-бабочка поднимет уголки и станет похож на улыбку. Мы старались, чтобы наши придумки не оттягивали внимание на себя, а подчёркивали уникальность персонажа».

Mad as a hatter

Впрочем, в переменчивости настроения Шляпника таится и еще одна причина. Чисто физиологическая. Готовясь к роли, Депп узнал, что многие шляпники в XIX веке страдали от отравления ртутью.

«Английское выражение “безумный, как шляпник” родилось именно отсюда, – говорит Джонни Депп. – Настоящие шляпники, когда делали цилиндры из бобрового меха, использовали клей с высоким содержанием ртути. Ртуть оставалась на руках и проникала в организм, и шляпники двигались умом».

Депп хотел, чтобы последствия отравления сказались не только на разуме его героя, но и на его внешнем облике. Он написал акварельный портрет Шляпника с оранжевыми волосами, клоунским лицом и зелёными глазами разного размера, с которым затем работали гриммеры.

Johnny Depp as Mad Hatter from "Alice in Wonderland" by Tim Burton

«Я почему-то знал, как он должен выглядеть, – говорит он о Шляпнике. – Когда я пришёл в трейлер к гримёрам, всё случилось как-то само собой. Очень редко образ складывается так быстро. Со мной такое было только один раз – с Капитаном Джеком».

Депп также придумал наделить Шляпника не одним, а несколькими характерами и акцентами.

«Мне показалось, что из-за своей гиперчувствительности он может иногда переходить в какое-то иное состояние, становиться другим человеком. Это происходит в критические моменты, когда ему угрожает опасность и от этого зависит его жизнь. Я подумал, что это нечто вроде мягкой формы раздвоения личности».

Третье измерение

Решение Disney выпустить фильм в 3D-формате было очень близко Тима Бертону. Но вместо того, чтобы сразу работать над материалом в трехмерности, он принял решение сначала снять фильм в обычном, двухмерном формате, а потом перевести его в 3D.

«Я не видел большой выгоды в том, чтобы снимать его в 3D, – говорит Тим Бертон. – Я был очень впечатлён результатами конверсии в “Кошмаре перед Рождеством” и не видел смысла искать другие пути. Мы старались уложиться как можно быстрее, и всё равно я не заметил никакой потери в качестве».

Рецензия на фильм Тима Бартона “Алиса в Стране чудес”

История костюмов из фильма “Алиса в Стране чудес”: интервью с дизайнером Коллин Этвуд

Posted in ASAP, ОбразыComments (0)

«Алиса в Стране чудес», или джига-дрыга для Disney


Фильм «Алиса в Стране чудес» производит странное впечатление. Пожалуй, это новый жанр. Назовем его «джига-дрыга во славу Disney». Исполняет Тим Бертон feat. Джонни Депп. На подтанцовках – Льюис Кэрролл.

Джонни Депп в роли Безумного Шляпника

Викторианская Англия. Малышка Алиса Кингсли (Миа Васиковска) выросла. Теперь ей 19 лет. Отец умер, тетушка, старая дева, сошла с ума. Родственники грозят выдать Алису замуж за сына лорда, страдающего запором. Былые путешествия в Страну чудес кажутся сном. Впрочем, и наяву она ведет себя чудаковато: не носит корсет и чулки, плетет нелепицы о розах, бегает за кроликом и понятия, похоже, не имеет об отношениях мужчин и женщин. Гормоны спят. Эта детская непосредственность на торжественном приеме в честь помолвки сбегает от жениха и, следуя по пятам за кроликом, проваливается в нору. Далее – все по плану: «выпей меня», «съешь меня», дверки-ключики, мышь-соня, белый кролик, гусеница Абсолем курит… Грибы, грибы… Много грибов… И много рассуждений о том, та ли эта Алиса или не та.

Наверно, грибы виноваты в том, что бертоновская Страна чудес кажется более реальной, чем внешний мир, а в мятеже Безумного Шляпника (Джонни Депп), в Красной королеве (Хелена Бонэм-Картер), отобравшей корону у младшей сестры – Белой королевы (Энн Хэтуэй), больше жизни и смысла, чем в диснеевской Алисе, которой, как предсказано оракулом Страны чудес, суждено убить ужасного Бармаглота. Саркастичная страна, в которой нет абсолютного добра, – типичная идиллия Тима Бертона, знакомая зрителям по его фильмам «Эдвард Руки-Ножницы», «Сонная лощина» или «Чарли и шоколадная фабрика». В «Алисе» она такая же дружелюбно-зловещая, как улыбка Чеширского кота.

Чеширский кот

Наблюдать ее – чистое наслаждение для ума, для глаз. Правда, к 40-й минуте кайф проходит, а к концу часа начинает догонять отходняк. Цитаты из Кэролла встречаются реже, персонажи отдают диснеевщиной даже визуально, шутки мельчают, наивнопафосный драматизм нарастает. И вот уже Джонни Депп в шотландском килте танцует джигу-дрыгу. Зрелище не для слабонервных. Волосы дыбом на голове. Ладно бы, только у него. В принципе это – уже приговор. О развязке лучше не говорить…

Остается задаваться вопросом: как же так? То ли Бертон был недостаточно «булатным», то ли Disney заболел цингой от прописанной маркетологами диеты. Очевидно одно: не каждая Линда Вулвертон (сценарист) способна дописать, переписать… (да что там!) просто цитировать Льюиса Кэрролла. Стоит ли сходить на фильм? Безусловно, стоит. Мир Бертона, даже в диетической версии, потрясает воображение.

И да: гормоны не проснутся. Даже ради Джонни Деппа. Знаю, это ненормально: девице уже 19 лет. Наверно, патология.

Костюмы фильма “Алиса в Стране чудес”: интервью с дизайнером Коллин Этвуд

10 историй со съемочной площадки «Алисы в Стране чудес»

Posted in ASAP, Образы, МыслиComments (1)


Advert

Календарь

August 2017
M T W T F S S
« Jun    
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031  

Регистрация